История Казанской церкви в селе Хмелита

«Блажен,  кто верует» А. С. Грибоедов «Горе от ума»

4 ноября в бывшей родовой усадьбе Грибоедовых Хмелита престольный праздник. В храме Казанской иконы Божьей матери звучат молитвы и теплятся  перед иконами лампады, совершается Божественная литургия. Трудно поверить при виде всего этого, что судьба Казанского храма была горькой.
История строительства трехпрестольного храма  Казанской иконы Божьей матери  связана с именем бывшего владельца села Хмелита Лейб - Гвардии Капитаном – Поручиком Федором Алексеевичем Грибоедовым. Освящена  церковь в 1759 году, а два ее предела - во имя Николая Чудотворца и Иоанна Крестителя только  через 8 лет, «вероятно по неустройству в них иконостасов и церковной утвари»[2]. Как свидетельствуют записи  «Летописи села Хмелита», пределы освящены по благославлению Святейшего Правительствующего Синода и Преосвященного Парфения Епископа Смоленского и Дорогобужского, Вяземского Предтечева монастыря Архимандритом Госифатом  летом 1767 года.
О том, что Казанский храм был не только центром прихода, объединявшим до 1795 года 32 селения, а позднее 23,  но и домовой церковью Грибоедовых, свидетельствуют пожертвования  членов всего семейства, и то обстоятельство, что в приделе Иоанна Крестителя был устроен фамильный некрополь Грибоедовых, где были  погребены Федор Алексеевич и Алексей Федорович Грибоедовы и сын князя Паскевича отрок Михаил[3].
Некоторые иконы этого храма почитались за чудотворные:  икона Казанской Божией Матери (по преданию, сохранилась от прежнего храма), лик ее «изображен крупными чертами на холсте, наклеенном на дерево»; икона Смоленской Божией Матери «письма древнего»  до 1833 года находилась в доме помещиков Грибоедовых, была перенесена после смерти Алексея  Федоровича и поставлена в приделе св. Иоанна Крестителя; икона Божией Матери «Взыскания погибших», «кроме древности письма», замечательна еще тем, что «младенец Иисус, поддерживаемый левой рукой Богоматери, представлен в обнаженном виде»; икона святителя Николая, «чтимая народом за чудотворную, и в прежние года, как рассказывают, было к ней большое стечение богомольцев, но почему такое прекратилось, неизвестно»[4].
Среди церковной утвари хранились семейные реликвии, в том числе дары предков Александра Сергеевича Грибоедова храму. Особой ценностью являлись пять серебряных сосудов, внутри вызолоченных, один из них с финифтями [5]. Как свидетельствует «Летопись», с 1715 года и до конца XIX века в Казанской церкви хранился «серебряный, вызолоченный без рукоятки крест с частицами св. мощей», пожертвованный прадедом автора «Горя от ума» по матери Иваном Игнатьевичем Аргамаковым.
В дни нашествия французов в Хмелите, останавливался ближайший сподвижник Наполеона, маршал Франции Мюрат [6] но неприятель не успел причинить жителям, их строениям, а также Казанской церкви никакого вреда.
О многом помнят стены старого храма: здесь крестили детей, отпевали умерших, регистрировали браки. Так, Елизавета   Грибоедова обвенчалась  с  Иваном  Фёдоровичем Паскевичем в домовой Казанской церкви в 1817 г. Здесь совершали не раз  божественные  литургии Смоленские Архипастыри. Так, в 1830 году  Преосвященнейший Иосиф; в 1858- Преосвященнейший Тимофей; в 1864 - Преосвященийщий Антоний; в 1869- Преосвященнейший Серафим[7].
В 1891 году граф П. А. Гейден купил Хмелиту для своей единственной дочери Варвары Петровны, выходившей замуж за В. А. Волкова-Муромцева, в качестве свадебного подарка. Волковы были последними владельцами Хмелиты с 1891 по 1918 год[8].В 1913 году составлена подробная страховая оценка храмов, часовни и церковного имущества Хмелитского прихода. Казанская церковь находилась в хорошем состоянии и вместе с иконостасами оценивалась в 24000 рублей[9].
После Октябрьского переворота 1917 года село Хмелита, усадьба, а вместе с ними и храм претерпел значительные изменения. Среди выпавших на долю храма испытаний, наверное, самым тяжким стало его разрушение  во времена воинствующего атеизма.
Планомерное уничтожение церковного имущества началось с первых месяцев становления власти. Новорожденное советское государство произвело тотальный учет всех находящихся в церквах предметов. Согласно описи, Центральный Казанский престол имел четырехъярусный иконостас «столярной работы, украшен резьбой, весь вызолочен на полимент червонного золота». В приделах стояли двухъярусные иконостасы, а на колокольне еще сохранялись пять колоколов. Проследить масштабы чудовищной акции по изъятию церковных ценностей в Хмелите позволяет документ, найденный в архиве. Так, 30 апреля 1922 года заместитель председателя Хмелитского волисполкома С. Батурин изъял из  Казанского храма следующие предметы: серебряный крест весом 27 золотников; 4 потира с приборами без блюдечек – 7 фунтов 27 золотников; дарохранительницу – 1 фунт 42 золотника; кадило – 90 золотников; ковш – 12 золотников. Во второй половине 1930-х годов Казанский храм в Хмелите закрыли и разграбили. Все иконы, богослужебные книги, утварь и колокола исчезли бесследно. С 1937 года церковь передали под сельский клуб[11].
Новый поворот в судьбе храма принесла Великая Отечественная война. Колокольня пострадала от фашистских войск, отступавших через село в 1943 году. В послевоенные годы Казанский храм представлял собой печальное зрелище, типичную картину «мерзости запустения». Центральная часть была приспособлена под ремонт сельхозтехники, а руины колокольни, стены трапезной, приделы и апсида разобраны[12].
Начало 70-х годов прошлого столетия стал переломным и счастливым в судьбе многострадального храма. Именно в это время начинается сложное и кропотливое  восстановление усадебного комплекса Виктором Евгеньевичем Кулаковым,  которому село Хмелита обязано своим вторым рождением. Стали вестись реставрационные работы, заново были построены все утраченные части Казанского храма, перевезен и установлен из села Солтаново деревянный резной четырехъярусный иконостас,  восстановлена колокольня.
Богослужение в Казанском храме возобновлено в январе 1992 года по благословению митрополита Кирилла Смоленского и Калининградского в Никольском приделе иереем Алексеем Сологубовым[13]. На этом закончилась страдальческая эпоха храма Казанской иконы Божьей матери. Ныне, как и встарь, в возрожденном храме идет духовная жизнь. Сухо потрескивают и плавятся медовые свечи. Вновь тепло и уютно в нем, светло на душе.  

Ирина Грибанова, научный сотрудник Музея-заповедника "Хмелита"

Примечания:
1.Летопись о селе Хмелита // ИРЛИ, кол. Н. К. Пиксанова, л. бн.
2.А. С. Грибоедов и русская усадьба. Хмелитский сборник. Вып. 13. Смоленск. 2011. С. 36.
3.Тархова Н. А. Грибоедовская усадьба Хмелита // А. С. Грибоедов: Материалы  к биографии: Сборник науч. тр. – Л.: Наука. 1989. С. 51.
4.Там же. С. 51-52.
5. Летопись о селе Хмелита // ИРЛИ, кол. Н. К. Пиксанова, л. бн.
6.Волков-Муромцев Н. В. Юность:От Вязьмы до Феодосии (1902-1920). – М.: Русский путь: Грааль, 1997. – (ВМБ. – Наше недавнее; вып. 1).
7. Летопись о селе Хмелита // ИРЛИ, кол. Н. К. Пиксанова, л. бн.
8.Русская усадьба на пороге XXI века. Хмелитский сборник. Вып.3 Смоленск, СГПУ, 2001. – С. 295.
9.Иеромонах Даниил (Сычёв) // Храмы села Хмелита и их ктиторы.
10.Там же.
11.Иеромонах Даниил (Сычев) Казанский храм села Хмелиты. // СЕВ. №3(24), 1999, с. 58-61.
12.Там же.
13. Иеромонах Даниил (Сычёв) // Храмы села Хмелита и их ктиторы.

Свежие публикации